Школа


Суфийского

Учения

Накшбанди,

Муджаддиди,

Чишти

Кадири

Кадири

Шадили практики

Select Page

Когда я впервые встретилась с Суфийским шейхом, который стал моим духовным наставником, я не имела понятия о том, что путь, на который я вступила, приведет меня к новому существованию и новой вере.

Это проявлялось естественно и постепенно в течение нескольких лет. Я провела довольно беспутную молодость, следуя гедонистическому стилю жизни, что было типично для семидесятых годов. Когда мне было далеко за двадцать, я испытывал внутреннюю пустоту и неудовлетворенность, которую невозможно было умиротворить. Несколько лет я изучала различные духовные системы, теософию, практиковала йогу. Со временем я стала более гибка, сконцентрирована и дисциплинирована! Однако, все еще находилась в поиске.

К сорока годам я поняла, что для дальнейшего движения по духовному пути необходим наставник. Если хочешь избежать блужданий по незнакомой местности, нужен тот, кто знает дорогу. То же относится и к духовному искателю. Думая об этом, я призывала небеса послать мне истинного учителя.

Все мои предыдущие познания помогли улучшить образ жизни, но не выровняли американские горки моей эмоциональной натуры, не говоря уже о Мире, Покое и Любви в душе. То, что я читала о Суфизме (часто называемом Исламским мистицизмом) впечатлили меня практической стороной развития совершенного человеческого существа. Суфийские методы развивались веками, и всегда передавались ученикам под руководством шейха, – который не только совершил путешествие, но достиг конечного пункта назначения.

Я почти поставила ультиматум Богу. И вот, однажды, мой друг сказал мне, что суфийский шейх приезжает в Мельбурн, и можно договориться о личной встрече. Казалось, что мои крики отчаянья были услышаны. Шейх Азад Расул сидел на полу в просто обставленной комнате, на окраине Мельбурна. Я была наполнена предчувствиями и волнением. Что я скажу этому человеку, которого я никогда раньше не встречала, с другой культурой и с другими традициями? Возможно, он прочитает мои мысли и увидит темноту, присутствующую во мне. Но мне не нужно было волноваться; шейх был привычен к западным студентам и, несомненно, видел все это раньше!

Я была поражен атмосферой доброты, которая исходила от него и его расслабленного, но чуткого поведения. Его глаза и лицо были освещены внутренним светом, который скрывал его возраст. После представления он приблизился ко мне, сел рядом и погрузился в задумчивую тишину. У меня было жуткое чувство, что он «читает» меня на каком-то скрытом уровне. Однако он только расспросил о моем интересе к духовной практике и моем желании испытать практики суфизма. Он был вежлив и откровенен. Не говорил без необходимости, был серьезным, но с чувством юмора, – что, по-моему, было большим плюсом.

С моего согласия мы начали медитировать вместе. Это был мой первый опыт духовной трансмиссии. По традиции учения Накшбанди-Муджаддиди тарика (дорога/ путь) суфизма, духовное откровение передается из сердца шейха в сердце ученика. Такая передача является основой для развития ученика и впоследствии поддерживается посредством регулярной медитации. Нийят (намерение) зарождается до медитации, концентрируется в сердце.

Первое пребывание с Шейхом оставило мои чувства спокойными, но настроение улучшилось. Я чувствовала себя по-разному изо дня в день, как будто я столкнулся с чем-то более высоким и глубоким. Шейх впечатлил меня состоянием спокойствия, открытым поведением и проницательными замечаниями. Он ничего не требовал – предоставлял выбор; я могла опробовать методы медитации, чтобы убедиться, что они работают, или я могла просто уйти.

Вспоминая его лицо и глаза, озаренные светом, я решилась продолжать. Я практиковала медитацию каждый день, сравнивая ее с другими методами, с которыми я работала. Как и предсказывал шейх, после нескольких недель эта практика превзошла другие. Медитация на сердце стала основной – казалось, сбывалось то, о чем я долго просила и что искала.

Я сделала свой выбор и вступила на путь суфизма. Следующая встреча с шейхом была 12 месяцев спустя, когда он снова приехал в Австралию. Все это время я практиковала каждый день, плюс посещала еженедельные коллективные медитации с другими учениками Шейха. Это были люди разных профессий, возраста и личных качеств. Но что поражало в них, это атмосфера спокойного самообладания и одобрения. Они с легкостью относились к самим себе, к другим и с ними было легко.

Прошло восемнадцать месяцев, прежде чем я встретила Шейха снова. За это время, я прошла через личные страдания из-за разрыва отношений, и поняла, что в первый раз серьезно отношусь к своей жизни – раньше я избегала ответственности за свои действия, не извлекала уроки из событий. Сейчас же я стала не только более внимательно наблюдать, но и видеть эти уроки. А еще начала чувствовать, что меня любят. Эти первые шаги были огромным продвижением вперед. Я чувствовала, что иду по правильному пути.

Суфизм основан на опыте. Есть опыт уникальный для каждого и общий для всех. Регулярно занимаясь медитацией, я развила связь с той частью себя, которая не зависела от моих переменчивых эмоций и постоянной работы моего мозга. Эта связь привела к возросшему ощущению внутреннего мира и спокойствия, радостному взгляду на жизнь, привела к улучшению отношений с другими: с друзьями и коллегами, особенно с родителями, отношения с которыми всегда были наполнены сложностями. Эти улучшения напоминали постепенный отказ от потребности доминировать.

Следующего приезда Шейха я уже ждала с нетерпением и сильным желанием встречи, которое было осязаемым до боли в сердце. Это было желание дальнейшего знания, роста, пути. Я знала, что некоторые из «старых» членов группы стали мусульманами, что было для меня чем-то очень далеким. Хотя женщины не носили платков, а мужчины ничем не отличались от обычных членов общества. Они все проявляли единство и уверенность, так что можно было позавидовать, – как будто они знали что-то, чего не знала я… что-то важное.

Нужно заметить, что когда ученик продвигается по пути суфизма, ему открывается новое знание. А Ислам надежно хранит это знание. Ислам проповедует смирение и повиновение Божественным повелениям, то есть Аллаху. И это смирение реализуется у мусульманина через любовь к Богу. Как я уже говорила, я и не думала обращаться в новую веру, но именно это и сделала!

Я приняла байат (стала ученицей Шейха) и приняла Ислам. И сделала это с облегчением и благоговением. Я чувствовала себя возвышенной и в своем сердце знала, что приняла самое важное решение в жизни.

Ученик Суфия не отрекается от мира и повседневных обязанностей, которые составляют бытовую жизнь. Напротив, он постоянно совершенствует характер через ежедневную работу в миру, сохраняя при этом, внутреннюю связь с Богом. Ислам культивирует взаимосвязь с Богом и, проистекающее из этой связи, чувство благодарности. Он проповедует упорядоченный, смиренный и красивый стиль жизни, не отрицая  личных устремлений и достижений верующего. Реализация своего потенциала и развитие совершенного человека – цели, как Ислама, так и Суфизма. Эти два устремления фактически составляют одно целое, изменяющее как наш внутренний мир, так и наше внешнее поведение.

Первоначальная практика ордена Накшбанди-Муджаддиди не требует от ученика принятия Ислама. Это – личное решение, которое принимается, когда жажда Божественного становиться больше, чем страсти собственного эго. Моя новая вера не была обращением в другую, новую культуру, обычаи или одеяния. Моя новая вера это ежедневное личное памятование и подтверждение всеобъемлющей Любви и Благосклонности, которые являются сущностью Создателя и присутствуют во всем Мироздании.

Она привела меня к естественному пониманию цели и смысла жизни, даже когда события этой жизни захлестывают нас, как волны, и выходят за грань нашего ограниченного видения. Мои эмоциональные взлеты и падения постепенно трансформировались в спокойные поиски решений жизненных задач. Моя склонность к депрессиям сменилась на позитивное отношение к жизни. Люди часто отмечают, какой я стала расслабленной и спокойной. Изменения моего характера также стали менять и людей вокруг меня.

Мои первые молитвы отчаянья сменились молитвами благодарности. Я больше не плыву бесцельно «по течению жизни». И всем этим я обязана моему Шейху, чье наставничество ведет меня по пути Любви и Гармонии, которым, несомненно, как в прошлом, так и в настоящем, является Суфийский Путь.